ГАДЮКА

На сугреве сомлела гадюка,

В ядовитое впав забытьё.

В три погибели скручено туго

Подколодное тело её.

 

Всё положе восходит и выше

Расторопное солнце весны.

И, дыханья змеиного тише,

Над ползучей сплетаются сны.

 

А во снах заливные левады,

Виноградье небесных садов

И в грехах искушённые гады –

Под упругою плотью плодов.

 

Но зачем, накреняясь как птица,

Ясный всадник летит на неё?

И взметнулась в порыве десница,

И блеснуло в деснице копьё.

 

Над седым ковылём просвистело,

Полыхнуло в глазах кумачом…

Это солнце с утра захотело

Позабавиться ярым лучом.

 

И затем потревожило гада,

Безмятежным уснувшего сном,

Чтоб с избытком не вызрело яда

У него на сугреве земном.